Встретились Сара и Роза.
Сара: — Ой, Роза! Ты выглядишь на миллион долларов! В чем твой секрет?
Роза: — Знаешь, Сара! В понедельник ко мне постучали в дверь. Я открыла, а на пороге стройный, мускулистый, загорелый брюнет. Спрашивает меня, дома ли мой Хаимчик. Я отвечаю, что нет. И тогда он хватает меня за руку, тащит в спальню и жарит 6 часов подряд. Так случилось и во вторник, и в среду.
Сара: — Ой, Роза! Какая ты счастливая!
Роза: — Да. Но знаешь, меня что беспокоит?
Сара: — Что?
Роза: — Что ему нужно от моего Хаимчика?

Абрам и Сара едут в автомобиле, Сара за рулем. Впереди светофор. Вдруг
Сара кричит:
— Абрамчик, отказали тормоза, я не могу остановиться!
Абрам спокойно:
— Срочно перестройся в левый ряд, там впереди машина явно подешевле, чем справа!

Идут два еврея по еврейскому кладбищу. Один говорит другому:
— Изя, ты только посмотри — какие люди здесь лежат! Ну какие люди. Вот ты с кем бы хотел лежать?
— С Фимой Рабинович.
— О, боже! Так она же еще жива!!
— Вот именно.

Хорошо погулявший муж, пришел домой поздно ночью и крадется, чтобы никого не разбудить.
— Сема, а скока время? — Десять часов Роза.
— Я таки слышала, шо часы пробили один.
— И шо? Ты таки хочешь, шоб они тебе и ноль пробили?

— Сара, вы слышали? "Титаник" столкнулся с айсбергом и тут же затонул!
— Да, у Давида Соломоновича тяжелый характер...

— Хаим, сегодня Рождество, пойдём выпьем!
— Сёма, но это же не наш праздник.
— Хаим, я не понимаю, почему бы одному еврею не выпить с другим евреем за день рождения третьего еврея?!

Раввин:
— И вот, когда при родах умерла у Иезекиля жена, взмолился он: "Господи, сделай так, чтобы я мог вскормить этого ребенка, и он не умер!" И сжалился Господь, и наполнил его грудь молоком, и вскормил он ребенка, и тот не умер!Ну что? Есть вопросы?...
— Ребе, а почему бы Господу было просто не дать ему немножко денег на кормилицу, а не портить мужчине фигуру?
Раввин:
— Я не знаю... Но думаю, Господь рассуждал так: "Если можно сделать чудо, зачем рисковать с деньгами?!"

Умирая, старый еврей завещал похоронить вместе с собой все свои миллионы денег. Мойша спрашивает раввина: — Ребе, вы таки положите в могилу всю эту кучу денег? Они же не войдут! — Ты таки прав, Мойша. Но воля покойного — закон. Положим чек.

От Москвы до самых до окраин,
С южных гор до северных морей
Человек проходит как хозяин,
Если он, конечно, не еврей.

Еврейский мальчик спрашивает:
— А кто такой Карл Маркс?
— Экономист.
— Как и наша тетя?
— Нет, что ты. Тетя Ася — старший экономист!

Морозная зима. Продрогший Абрам приходит вечером домой,
-Хотел на попутке доехать,— говорит он жене,— возле меня Рабинович на своём Жигулёнке остановился. Знаешь сколько этот поц с меня за поездку запросил?!
-Надо было с ним поторговаться!— отвечает Сара.
-Я так и сделал!— кивает Абрам,— ты Рабоновича плохо знаешь! Когда мы наконец сторговались, он уже не смог мотор завести!

— Слышал как Рабинович воет?
— Нет.
— Рабинович,когда вы последний раз имели женщину?
— Уу-у-у!

— Фима, зачем ты взял новый пакетик чая?
— На старом уже ниточка оборвалась.
— А что такое, рук нету пришить?

Приходят евреи к равину и говорят, что у них большая радость и родился мальчик. Все хорошо, и они готовы делать обрезание. Мать огорчает только то, что у мальчика одно веко не закрывает полностью глазик. Равин успокаивает родителей, говоря, что кожицу после обрезания они наростят на глаз и все будет хорошо. Родители очень расстраиваются:
— Доктор, мы боимся, что у мальчика будет х%$вый взгляд на жизнь.

— Абрам, уже таки голову сломала! У одних свадьба, у других похороны. Всё в один день. Шо выбираем?
— Похороны.
— Почему?
— Всё то же самое, только без подарков.

— Абрам, не пей такой горячий чай. Лопнет мочевой пузырь, иошпарит ноги.

— Сара, ты дала объявление о продаже коляски?
Вот, уже напечатали.
Абрам читает: « Продается детская коляска. Интим не предлагать».
— Сара, а шо здесь за интим?
— Ой, а то ты не знаешь за Одессу! Им дай только повод.

Три еврейки на рынке обсуждают новый бордель через дорогу.
В числе прочих посетителей в бордель заходит православный
священник.
— Ай-я-яй, — качают головами еврейки, — что таки делается
с духовенством.
Через некоторое время в бордель заходит католический ксендз.
— Ай-я-яй, — причитают еврейки, — нет, вы только посмотрите,
что делается с духовенством в наши дни. Никакого стыда!
Через некоторое время на улице появляется раввин и, воровато
оглянувшись, проскальзывает в бордель.
— Ай-я-яй, — огорченно вздыхает одна из евреек, — какой-то
из девушек, наверное, совсем плохо.

— Вы откуда?
— С Израиля.
— О, тогда вам очень понравится этот сыр.
— Почему?
— На него 30% скидка.

Была в еврейском центре лекция "Евреи и водка". После лекции администратор выносит слушателям поднос со стаканами. А в стаканы налита она, беленькая. Все радостно зашумели, стали спрашивать, а почему в афише про угощение ни слова?
Администратор:
— А тогда всем не хватило бы. Кстати, следующая лекция "Евреи и деньги". Но вы так особо ни на что не рассчитывайте...