Едет один еврей в поезде.
Поезд останавливается и долго стоит.
Он выглядывает из купе, и обращается к проводнику:
— Уважаемый, а почему мы стоим?
— Станция!..
— Боже мой, станция... А что за станция?
— Одесса!..
— Боже мой, Одесса!.. А почему так долго стоим?
— Локомотив меняем...
— Да? и на что меняем?
— На локомотив!
— Тогда это не Одесса!!!

– Сёма, что ты делаешь? – спрашивает у него приятель.
– Учу алфавит Брайля для слепых.
– Зачем?! Ты ведь прекрасно видишь!
– Тогда я смогу читать, не включая электричество.

Умер старый еврей. Вскрыли его завещание, читают: «Дочке моей, Сарочке, оставляю сто тысяч долларов и дом. Внучке моей, Ривочке, оставляю двести тысяч долларов и дачу. Зятю моему, Шмулику, который просил упомянуть его в завещании, упоминаю: привет тебе, Шмулик!».
Муж Двойры уехал по делам. В это время умирает его сестра. Двойра должна сообщить мужу о несчастье очень осторожно, потому что у него больное сердце. Двойра посылает телеграмму: «Сара неопасно заболела. Похороны в четверг».

Надпись на заборе в славном городе ОДЕССА:
— Мусор под забор не кидать. ПРОКЛЯНУ!!!

Русские крестьяне однажды вывели математическую теорию:
— Четыре плюс четыре будет восемь, с этим можно согласиться, но когда говорят, что пять плюс три тоже восемь! Нет, это уже еврейские штучки!

Идут два еврея по Дерибасовской и сильно ругаются. Наконец устали, все слова закончились, не знают, что сказать. Через некоторое время первый спрашивает:
— Вон, видишь, доска лежит?
— Ну.
— Так вот на этой доске вся Одесса твою жену имела.
Второй подумал и спрашивает:
— И что, это теперь моя доска?

Приехавший в Киев попросил прохожего рассказать историю памятника Богдану Хмельницкому.
— История такова, — начал прохожий. — Разгромил Богдан польских шляхтичей и вернулся с победой в город. Въехал на коне на горку, а вокруг тысячи людей.
Он вытянул перед собой булаву и произнес: "Здоровеньки булы, грамадяны украинци!"
В ответ прозвучало: "Здгаствуй, товагищ Богдан!"
Тут он и окаменел...

Абрам явился в синагогу с распухшим носом. Конечно, его тотчас же подняли на смех:
— Это что, твоя женушка тебя укусила?
— Нет, я сам.
— Интересно, как тебе удалось достать зубами до носа?
— Большое дело! Влез на табуретку.

— Сема, вот ведь парадокс! Когда я жил в СССР, во всем были виноваты евреи. Потом я жил в России, и снова во всем были виноваты евреи.
— Ну и где же тут парадокс, Моня?
— Ты не дослушал, Сема! Теперь я живу в Израиле. И знаешь, кто во всем виноват?!

Русского спрашивают:
— Ты Родину любишь?
— Люблю!
— Умереть за нее сможешь?
— Смогу!
То же спрашивают у еврея:
— Ты Родину любишь?
— Люблю!
— А умрешь за нее?
— Нет!
— Почему?
— А кто же тогда будет Родину любить?

Абрам с Сарой сидят дома. Вдруг звонок по телефону. Абрам подошел к аппарату, но трубку не берет. Сара:
— Чего ты таки ждешь, ответь на звонок.
— Еще не время.
Телефон продолжает звонить. Сара опять:
— Надо таки ответить на звонок.
— Еще не время.
Телефон не унимается. Сара:
— Ну теперь то ты снимешь трубку?
— Вот теперь время.
Снимает трубку и некоторое время разговаривает по телефону. Когда разговор заканчивается, Сара спрашивает:
— Почему ты так долго не хотел отвечать?
— А пускай думают, что у нас таки очень большая квартира.

— Рабинович, одолжите 100 рублей?— Хорошо, а у кого?

— У вас в роду были евреи?
— Нет, я первый.

Рабиновича на Дерибасовской сбила машина — насмерть. Один из свидетелей вызывается сообщить о происшествии вдове, да так, чтобы аккуратненько еe подготовить, чтоб, значит, не внезапно. Звонок в дверь.
— Здесь живет вдова Рабиновича?
— На тебе фигу — у меня муж жив!
— На тебе две фиги — ребята, заноси!

При Николае Первом еврейских подростков хватали прямо на улицах и отправляли в военные школы. От службы освобождались только женатые. Евреи нашли выход — женили малолетних.

Еврейская логика. Едет еврей в автобусе, заходит пассажир, еврей думает, если он останется сзади, то он мордвин, если
пройдет в середину, то-русский...
Пассажир прошел вперед и сел рядом...
Так, значит он еврей...куда он едет? Он работник торговли или культуры. Я — работаю в торговле его не знаю, значит он работник культуры, Следующая остановка театр... Не выходит, значит едет к любовнице... У евреев любовницы только еврейки, в нашем городе две красивые еврейки Сара и моя жена.
У Сары я любовник, остается моя жена.
У моей жены два любовника Авраам и Исаак. Авраам сейчас в командировкe — остается Исаак.
Доезжая до своей остановки еврей говорит:
— Иссак тебе выходить.
Исаак поворачивается и отвечает:
— А откуда Вы меня знаете?
— Вычислил — довольно улыбается еврей.

— Косметика из грязи Мертвого моря: сбылась многовековая мечта еврея деньги делать из грязи.

Хайм, Мойша и Лева собрались эммигрировать во Францию. Собрали вещи, купили билеты, ну, посольстве им говорят, что они должны поменять имена на французские.
— Hу, вот, например, пусть Мойша будет Муи, Лева — Луи..."
В таком случае Хайм вообще отказал лететь.

— Здесь проживают супруги Гольдберг?
— Нет. Но на первом этаже живет господин Гольд, а на четвертом — господин Берг.
— Ага! Значит, они разошлись!

— Борис Моисеевич, не найдется ли у вас взаймы пятьсот рублей?
— Сожалею, но при себе нет.
— А дома?
— Спасибо, все живы, здоровы, Изя купил "Жигули".